+7 (495) 234-00-45

с 10.00 до 18.00

Интегрированные
аудиовизуальные системы
на сайте d2k.ru >>>

История успеха Михаила Петрова.

03.05.2012

Лихачева: Доброе утро, вы слушаете «Финам FM», меня зовут Елена Лихачева. Здравствуйте. Еще до программы я спросила нашего сегодняшнего гостя: «А как объяснить то, чем вы занимаетесь, ребенку несмышленому?» Мне кажется, наш герой ответил довольно остроумно: «Мы делаем так, – сказал он, – чтобы тети и дяди видели, слышали и понимали друг друга». У нас сегодня в гостях Михаил Петров. Михаил, доброе утро.

Петров: Здравствуйте.

Лихачева: Сначала рубрика «Статус».

Статус: Михаил Петров, генеральный директор и сооснователь компании «ДЕЛАЙТ 2000».

Как это делалось: Окончил математический факультет Московского государственного педагогического института им. Ленина. С 1985 по 1999 работал в школе учителем информатики, математики и трудового обучения, был главным специалистом по системному программированию в научном центре программных средств обучения. В 1989-м вместе с коллегами создал компанию «Аист», которая занималась разработкой программного обеспечения. В 1995 вместе с Анной Зуевой основал компанию «ДЕЛАЙТ 2000». В настоящее время занимает должность генерального директора компании. Женат. Отец двоих сыновей.

Лихачева: Еще раз доброе утро, Михаил, еще раз спасибо за то, что пришли к нам сегодня. Хорошо, я думаю, дети, на уровне своего детского восприятия, поняли, чем вы занимаетесь. Теперь, расскажите нам, людям несколько постарше, что это такое? Аудиовизуальное решение, это такой термин, как мне кажется, достаточно расплывчатый и каждый понимает его, как может, в меру своего образования, специфики, и так далее. Что это такое в вашем случае? Что это за рынок, и какое место вы занимаете на нем? Итак, давайте с ликбеза начнем. Петров: Во-первых, этот рынок надо разделить на две части. Существует некоторая часть, связанная с поставками аудиовизуального оборудования – звук, проекторы, интерактивные доски, экраны и прочие устройства, которые позволяют каким-то образом показать информацию. Лихачева: Сделать какую-то презентацию, да? Петров: Сделать презентацию, перенести в переговорный проектор, включить ноутбук, показать и так далее.

Лихачева: В основном, здесь, наверное, иностранные игроки, а наши – перекупщики? Или наши тоже что-то производят? Петров: Нет, наши ничего не производят, к сожалению. А другая часть рынка – это рынок аудиовизуальной интеграции, это когда все тоже самое, но это все встраивается в какие-либо помещения, достаточно сложным способом соединяется, коммутируется, управляется и получается такой комплекс. Наиболее известный вариант – это конференц-зал или переговорная комната.

Лихачева: То есть, вы – интеграторы? Если совсем упростить, вы интеграторы такого рода аудиовизуальных решений.

Петров: Мы прошли путь от поставщиков отдельно взятых небольших коробочек, потом мы развили дистрибьюторскую часть и сейчас мы активно развили интеграционную часть.

Лихачева: Как ваша компания сейчас себя чувствует? Мне кажется, аудиовизуальные решение, это не самое первое, что необходимо бизнесу. Конечно же, он начинает нуждаться в подобного рода решении, только на определенном этапе, и, в принципе, первое, от чего он может отказаться, например, во время кризиса. Если я не права, поправьте меня.

Петров: Бизнес бизнесу рознь. Значит, если бизнес находится в жестко конкурентной ситуации, то отказываться от средств, которые делают коммуникацию более эффективной, а принятие решений более правильным и четким, нельзя.

Лихачева: Вот во время кризиса, каким-либо образом изменилась структура ваших заказов?

Петров: Да, конечно. Давайте разделим, если мы будем говорить про часть под названием дистрибуция, то, безусловно, здесь очень сильно упал бизнес, потому что отдельно взятые коробки и коробочки люди стали покупать гораздо меньше. Если будем говорить про интеграционную часть, мы потеряли большое количество небольших и средних заказов, действительно от них отказываются. От крупных заказов никто не отказался. Люди снизили бюджеты, но масштаб решений они все равно хотят иметь такой же большой – им надо.

Лихачева: Хорошо, если мы будем говорить о крупных клиентах, например, «Уралсиб» можно назвать в числе ваших основных клиентов, да? Чтобы слушатели понимали.

Петров: Ну, например.

Лихачева: Да, например. Мы сейчас не говорим конкретно об этом банке, в целом, насколько среди крупных клиентов снизился, что называется, средний чек из вашей услуги? Такой вздох красноречивый!

Петров: Процентов на 30-40.

Лихачева: Ну, это еще ничего, просто это не соответствует вашему вздоху.

Петров: Проблема в том, что они не хотят снижать функциональность.

Лихачева: Все то же самое, за те же самые деньги.

Петров: И при этом они не готовы снижать качество решения, да и мы сами не хотим переходить на китайский бренд, это никому не нужно, но бюджет срезан, а задачи остались.

Лихачева: Справляетесь?

Петров: С трудом.

Лихачева: Значит, как-то можно было сделать? Сейчас все об этом говорят: «Ничего страшного, все справились!» Теперь все делают то же самое, только за гораздо меньшие деньги. Может быть, это правильно?

Петров: На самом деле, мы не можем сделать ту же самую функциональность, просто мы создаем engine…

Лихачева: Что это?

Петров: Ядро системы, к которому потом можно добавить еще некоторое количество устройств, чтобы получить полнофункциональную систему. Мы строим сейчас системы на вырост.

Лихачева: Расскажите, пожалуйста, про основных игроков, с которыми вы конкурируете, которые вообще присутствуют, может быть, точно так же долго, как и вы на этом рынке.

Петров: Говорят, что в фирме «Coca-Cola» не упоминают слово «Pepsi».

Лихачева: А вы «Pepsi» или «Coca-Cola»?

Петров: Не в это дело. Давайте, по-другому, значит, на сегодняшний день, весь этот аудиовизуальный рынок надо разделить на две части – одну часть, это дистрибьюторская все-таки, другая – интеграционная.

Лихачева: Да, вы уже это говорили.

Петров: Да, что касается дистрибьюторской части, то мы сегодня, наверное, занимаем 3-4-е место, это на рынке. И на интеграционном рынке мы входим в первую двойку или тройку, скажем так.

Лихачева: А ваши основные конкуренты, это тоже российские?

Петров: Да.

Лихачева: Тоже российские разработчики, то есть среди интеграторов, в принципе, все лидеры вот этого рынка, это наши люди?

Петров: Иностранных игроков здесь нет. Только производители иностранные.

Лихачева: А так всегда было?

Петров: Да.

Лихачева: То есть, наши даже никогда не пытались произвести, не знаю, нечто, и начать конкурировать именно в производстве чего-то? Только интеграция, только дистрибьюция, правильно я понимаю?

Петров: Почему? Пытались, но на том же уровне, на котором производится, например, «Rover computers». Они что, сами производят? Они выбирают себе комплектующие, дизайн, наверное, собирают, свой бренд, но реального производства в России, в общем, нет. Сборка, если угодно. На этом уровне были попытки у того же «Rover», они брали какие-то азиатские устройства, начинали продавать под своим брендом, но трудно воевать с глобальными брендами.

Лихачева: А вы никогда не делали, вы лично, в вашей компании, таких попыток?

Петров: Мы рассматривали эти попытки, мы считали, и пришли к выводу, что этот рынок недостаточен для того, чтобы выпускать что-то под своим брендом, потому что там же дальше следует гарантия, запчасти, поддержание в течение времени службы. Вывод в производство, это не просто написать свой бренд и начать продавать с большей маржой, а это еще ответственность за дальнейшее поддержание всего этого, это дорого.

Лихачева: А все-таки, вы не готовы или рынок не готов?

Петров: Рынок маленький.

Лихачева: Слишком маленький рынок.

Петров: Да.

Лихачева: А так, в принципе, вы могли бы даже и задуматься, и даже стартовать? Так вот, если честно, вы сами то, готовы?

Петров: Нет, ну, есть еще вторая вещь – в нашем государстве не сильно поддерживают производителя, то есть это надо всерьез считать, потому что надо понимать, какую денежную премию, мы можем получить, и с каким противодействием и проблемами мы столкнемся. Соотнести премию и головную боль, и дальше принимать решения.

Лихачева: А вот по поводу решений, скажите, пожалуйста, ваши продавцы, вы наверняка знаете, как они работают, вот ваши продавцы, для того, чтобы убедить бизнес в том, что вот такого рода решения нужны – обычно, какие приводят три самых главных аргумента? Вот мне, например, пока не очень понятно, чем отличается выступление какого-нибудь просто харизматичного лидера, от выступления харизматичного лидера, сопровождаемого подобного рода решениями? Может быть, это все просто, извините за грубое слово, понты? Вот модно сейчас делать, чтоб с проектором, чтоб со слайдами, ну и еще какие-то там штучки интересные, а в принципе, можно было бы обойтись и без этого.

Петров: Ну, в Древней Греции обходились, в общем.

Лихачева: Да, с большим успехом.

Петров: На маленьких площадях, правда, при этом, с небольшим скоплением народа. Понимаете, наш мир сегодня совершенно глобализирован. Я приведу пример, выполнено было в интересах одного из наших заказчиков, итак, у заказчика есть 8 крупных центров по России, в России много часовых поясов. Соответственно, что происходит, в Москве они проводят совещание, некоторые собираются, не знаю сколько, например, 200 человек в зале, совещание или конференция, все это дело записывается при этом, синхронно записываются презентации, звук, видео, вопросы, ответы, вот все полностью записалось. Ребята отговорили свое, ушли спать. В это время, или в любой другой момент, в Томске люди проснулись, пришли в зал, во-первых, они видят на больших экранах докладчиков из Москвы точно так же, как если бы эти докладчики находились прямо здесь, в зале. Во-вторых, из Москвы, по видеоконференцсвязи в этом совещании в Томске участвует некоторый ведущий, который принимал участие и в Москве самой.

Лихачева: Тот же самый модератор, да.

Петров: Тот же самый человек. И дальше получается следующая штука, он говорит: «Здравствуйте, ребята, – он вживую, – сейчас у нас докладчик Иван Иванович», просто Иван Иванович не выходит, а его включают, и показывают его презентацию, показывают его изображение, его эмоции, он как бы одновременно нажимает на кнопку на презентации. Полностью все произошло, после этого снова на конференции оказывается ведущий заседания, ему можно задать вопросы, он полностью в теме, он отвечает на эти вопросы.

Лихачева: За Ивана Ивановича?

Петров: Нет, свои, свои какие-то комментарии, и в результате, получается практически живое совещание на ту же самую тему, с теми же самыми докладчиками, только с другой аудиторией. Ну как такое сделать в Древней Греции?

Лихачева: Правильно я понимаю, в основном ваши решения могут пригодиться тем компаниям, у которых есть некоторые, в других регионах, с разными часовыми поясами, какие-то филиалы, другие подразделения и так далее. А если все находится в одном месте, то, в принципе, что?

Петров: То, в принципе, все то же самое. Потому что нам надо людей видеть, надо людей слышать, нам надо протоколировать свои совещания, ну, как-то без этого уже никуда, потому что даже если в зале находиться уже 200 человек, то им всем надо доступно донести информацию. И есть всякие эти старые фразы, типа: «Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать», но чтобы увидеть, надо же, это показать.

Лихачева: Хорошо, давайте мы сейчас прервемся на одну минуту. Вы сказали, что мы без этого уже никуда, хотя наш рынок в этом смысле еще отстает, от, скажем, наших зарубежных коллег, ваших, точнее, а я знаю, что вы работаете не только в России, или пока только в России?

Петров: Казахстан.

Лихачева: Хорошо, собираетесь выходить на какие-то другие регионы, может быть, наши, а может быть, и подальше?

Петров: Нам пока хватает работы здесь, в общем.

Лихачева: И здесь пока достаточно. Хорошо, и, тем не менее, мой следующий вопрос прозвучит таким образом – могли бы вы сравнить рынок наш аудиовизуальных интеграторов, у нас здесь в России, и рынок Западной Европы и Америки? Это вопрос, давайте мы начнем буквально через одну минуту, я еще раз представлю нашего сегодняшнего гостя, генеральный директор и сооснователь компании «ДЕЛАЙТ 2000» Михаил Петров. Буквально через одну минуту мы вернемся в студию «Финам FM».

Лихачева: Еще раз доброе утро, 9.21 в столице, сегодня у нас в программе Михаил Петров, который когда-то был учителем, учителем математики и информатики, но 15 лет назад основал вместе со своей партнершей компанию, которая теперь называется «ДЕЛАЙТ 2000» и теперь он генеральный директор и сооснователь этой компании. Еще раз Михаил, доброе утро, еще раз спасибо, что пришли к нам сегодня. Я попросила вас сравнить наш рынок, в принципе, достаточно молодой, даже, наверное, чуть моложе, чем IT-рынок в целом, рынок аудиовизуальных интеграторов, наш российский рынок и рынок зарубежный.

Петров: Смотрите, самый главный рынок в этом месте, это рынок Соединенных Штатов, все-таки, да. Это реальный двигатель всей индустрии, и есть еще Япония. Если мы будем говорить про Европу, то в Европе рынок очень неравномерный – Испания, например, требует очень насыщенных, изощренных решений, и очень технологичных. В то время как в Италии им достаточно приколотить гвоздями проектор к стене, ой, экран, повесить проектор, и все, и больше в Италии ничего особенного им не надо, ну так, массовому рынку. Германия крайне рациональна – надо ровно столько, сколько надо, а золота, блеска, им точно не надо. А французы, как бы так же, как в Германии, только чем дешевле, тем лучше.

Лихачева: Вы прямо подтверждаете все стереотипы, сформировавшиеся за последние 15 лет рынка, не только вашего. А кому вы говорите, нужно золото, позолота, блеск и мишура?

Петров: В Испании и в США.

Лихачева: В Испании и в США, хорошо, а у нас? У нас есть какие-нибудь специфические запросы?

Петров: У нас есть существенная разница, конечно же, в запросах клиентов. Сейчас, конечно, все изменилось, сейчас действительно все изменилось, потому что…

Лихачева: Вы имеете в виду после кризиса или как?

Петров: Как это после? Кризис никуда не делся.

Лихачева: Да, да, да, это я оговорилась, да.

Петров: За последние пару лет.

Лихачева: Слишком оптимистична я что-то сегодня с утра.

Петров: Да, и вот этих понтов сейчас хотят гораздо меньше. Особенно государственная структура. Раньше они хотели самого, самого, чтобы всячески показывать на самом современном уровне, и тон задается самому верху, и технологии, которые используются руководством страны, самые-самые продвинутые, и все за ними следом старались бежать. Сегодня, правда, уже нет, они говорят: «У нас бюджетик маленький, нам попроще, главное, чтобы функционально было». Так что с понтами сейчас в России тяжело.

Лихачева: Слушайте, а что еще вот изменилось в вашей собственной работе, помимо того, на 30-40%, как вы сказали, снизились доходы, времени, наверное, больше теперь тратите на работу не только вы, но и все сотрудники, помимо того, что понтов стало меньше, что еще изменилось?

Лихачева: Ну, смотрите, тут есть две вещи, во-первых, выживать надо всем, поэтому небольшие, средние игроки начали бросаться на крупные объекты, которые они выполнить не в состоянии. А написать бумажки, это каждый может, это, в общем, достаточно простая задача, и надо как-то убедить своего заказчика, что ты можешь сделать это, и надо документально подтверждать свою потенцию, и на это приходится тратить гораздо больше времени, чем раньше. Раньше достаточно было сказать: «Здравствуйте, вот мы такие хорошие и великие. Вот, смотрите, вот наши клиенты, вот фотографии, будьте любезны», а теперь они говорят: «А скажите, пожалуйста, а как вы работаете, покажите, как у вас устроено управление проектом, покажите проектную документацию, докажите, что вы способны это сделать», а не просто фотографии и ссылки. Это занимает время и силы, и именно на этом удается выигрывать.

Лихачева: А вы, как руководитель, теперь, основную массу своего времени тратите вот на это, я так понимаю, на то, что вы сейчас сказали, да? Еще на что?

Петров: А я всегда только на это тратил время.

Лихачева: Даже и до кризиса.

Петров: Я не продающий руководитель, я практически никогда не работаю с клиентами, потому что я считаю, что компания должна существовать за счет имеющихся у нее ресурсов. Есть продавцы, их задача – продавать, есть руководители, их задача – руководить. Не надо это смешивать. Соответственно моя цель – выстраивать компанию для того, чтобы она работала максимально эффективно, каждое ее звено выполняло свою задачу, и этот слаженный механизм превращался в болид, который ехал быстро.

Лихачева: А вы могли бы сейчас себя описать именно как руководителя? Есть у вас какие-то специфические черты? Сколько у вас сейчас человек работает в компании?

Петров: Сейчас 110.

Лихачева: 110 человек, да, это достаточно крупный коллектив, достаточно известная компания. Вы, как руководитель, вы какой?

Петров: Жесткий.

Лихачева: Жесткость, жесткости рознь. Что это такое, в вашем случае?

Петров: Смотрите, какое-то время назад мне попался один американец, изучавший Льва Толстого, он хорошо говорил по-русски, и Роберт сказал, что он обнаружил основное отличие русских от американцев. Русские считают, что не через пропасть можно прыгать на 99%, но через пропасть надо прыгать на 100%. Вот я тот руководитель, который добивается, или старается добиваться прыжков через пропасть на 100%. В этом смысле жесткость, я хочу, чтобы работа была сделана 100%, потому что если каждый будет на 99%, то где-нибудь, что-нибудь, да провалится. А мы не можем проваливаться с нашими заказчиками, понимаете. Один из рынков наших, это диспетчерские пункты, диспетчерские пункты в крупных компаниях, например, в сфере электроэнергетики, они все друг с другом знакомы, и когда на Дальнем Востоке кто-то чихнул, то в Питере ему говорят: «Будь здоров!» Вот все диспетчерские службы между собой знакомы. Стоит нам некачественно выполнить работу хоть на одном объекте электроэнергетики, для нас закроется весь рынок, навсегда. Поэтому моя задача заставлять компанию отрабатывать на все сто процентов.

Лихачева: Как вы заставляете? Не знаю, увольняете пачками людей, штрафуете, как-то мотивируете по-особенному, как? Конкретно.

Петров: Ну, начнем с того, что мы много тратим время на подбор персонала.

Лихачева: Есть какие-то специальные тесты, специальные рекомендации, только из определенных ВУЗов берете, откуда?

Петров: Что касается ВУЗов, то берем только из приличных ВУЗов.

Лихачева: По-вашему, какие приличные ВУЗы в вашей сфере?

Петров: Ну, если технические, то, например, МГТУ. При этом принципиальное отличие МГТУ, от очень многих других технических ВУЗов, да не обидно им будет, заключается в том, что там, когда дают студенту задачу, то ответом должно быть, не знаю, 11,5 градусов, и он должен получить ответ – 11,5 градусов, а никакой другой. Даже если он выбрал какой-то совершенно уникальный способ решения, если он не получил правильный ответ в задаче, то задача не решена. И в результате, выпускник Баумановки, чаще, чем выпускник других ВУЗов, выполняет свою работу на 100%, это например.

Лихачева: Так, хорошо. А еще какие-нибудь ВУЗы назовете здесь, кроме Баумановки?

Петров: Так вот, с ходу, нет, наверное.

Лихачева: Хорошо, значит, предпочитаете Баумановку, это понятно. Еще какие есть критерии отбора персонала?

Петров: Должны быть люди нормальные. Мы стараемся собрать нормальных людей, понимаете, ненормальных людей, коллектив сам выталкивает.

Лихачева: А что значит «нормальные люди»?

Петров: Ну, вот мы с вами нормальные люди, мы разговариваем, мы заняты работой…

Лихачева: Ну, тоже мне критерий. Я, конечно, понимаю, что если я сейчас зайду, и у меня будет там хвост, и я не умею разговаривать, то, конечно, я буду ненормальный человек.

Петров: Нет, смотрите, есть большое количество людей, которые не умеют работать, они не умеют отвечать за свои дела, они, вместо того, чтобы делать свою работу, делают чужую работу, они не сфокусированы, они имитируют свою деятельность, они плохо образованы, они косноязычны, они завистливы, много-много разных людей. Есть коллективы, где много людей с определенными качествами, они там такие собираются, у нас другие собираются. Человек, который не работает с отдачей, у нас просто не выживает.

Лихачева: То есть, они если и попадают, если прокалываетесь на собеседовании, то через какое-то время…

Петров: Ну как, испытательный срок три месяца, но уже все понятно примерно через две недели, через четыре недели – все понятно, что человек может, что не может, он имитирует, или он работает, он способен развиваться или не способен, все же видно.

Лихачева: А вам видно что-нибудь, когда вы в первый раз встречаете человека на собеседовании? Просто люди, которые уже много раз отбирали себе людей, иногда говорят о том, что есть какие-то фирменные способы сразу понять, то есть некоторые руководители говорят: «Вот заходит человек, и я сразу антеннки свои настраиваю – на самом деле, даже так формулируют некоторые руководители – и сразу понимаю: мой человек, не мой человек», и в принципе, вот это первое впечатление, которое он своими антеннками словил, дальше только подтверждается. То есть можно как-то себя обмануть, логически заставить себя, смотря в резюме, убедить себя, что: «Нет, нет, антеннки врут», потом, в результате, оказывается, что нет, не врут. Вот, например, такой способ. А у вас есть какой-нибудь способ понять сразу, ваш человек или не ваш? Нормальный или не нормальный?

Петров: У меня нет никаких антеннок.

Лихачева: Это хорошо.

Петров: Но я достаточно часто человека спрашиваю: «Скажите, пожалуйста, вы какую работу ищете? Вы чего хотите от жизни?»

Лихачева: И какой правильный ответ?

Петров: Нет правильного ответа. Либо человек способен рассказать, чего он хочет и какую работу ищет, либо он начинает пытаться бекать, мекать и выяснять, чего я хочу от него услышать. А если он пытается ко мне приспособится, ну, зачем он мне нужен? Мне нужен тот, который знает, чего он хочет.

Лихачева: А вы сами знаете, чего хотите?

Петров: Да, точно знаю.

Лихачева: Ладно, давайте сейчас на короткие новости прервемся. Потом вы мне в одну или в несколько фраз конкретно объясните: а чего вы, собственно, хотите. Вы – человек, который уже 15 лет руководите компанией. Я, кстати, удивляюсь: мне кажется, очень немногие бывшие именно учителя становятся потом руководителями компаний. Руководить детьми – это одно, руководить взрослыми людьми, да еще в такой сложной сфере – это, по-моему, совсем другое. Хотя, может быть, я ошибаюсь. Давайте, как раз с этой точки мы с вами и начнем. Я еще раз представлю нашего гостя: Михаил Петров у нас сегодня в программе – генеральный директор и сооснователь компании «ДЕЛАЙТ 2000». Я, кстати, напомню: во второй части программы можно задавать вопросы нашему сегодняшнему гостю – номер для SMS-вопросов 5533, все ваши вопросы должны начинаться на русскую букву «Я». Можно воспользоваться нашим сайтом: www.finam.fm – программа «Они сделали это!» Через минуточку мы вернемся.

Лихачева: И еще раз доброе утро. У нас сегодня в гостях Михаил Петров, который, вообще-то, по образованию учитель математики и информатики. Какое-то время, довольно долго он работал по специальности, ну а потом, 15 лет назад, вместе со своей партнершей основал компанию, которая теперь занимает прочное и одно из лидирующих положений в своем сегменте. Компания называется «ДЕЛАЙТ 2000». Теперь он генеральный директор и сооснователь. Еще раз доброе утро, Михаил. Я до паузы вас спросила: если уж вы так пытаете претендентов на то, чтобы попасть к вам на работу, на предмет, чего же они хотят в жизни – значит, вы сами должны четко себе отдавать отчет и четко формулировать, чего вы хотите сами. Я с вами согласна, кстати: очень немногие люди, особенно в середине жизни, способны сформулировать и не ошибиться в цели – куда, собственно, движемся. Вы говорите, что знаете точно, чего вы хотите. Чего?

Петров: Давайте, тут разделим. Значит, существует цель у компании, существует цель у меня лично. Когда-то я слышал мнение каких-то китайцев, что цель лежит за пределами жизни. Логика следующая: если цель находится в пределах жизни, то ее достиг – а дальше что? А если достиг этой цели и потом еще какая-то цель, и еще какая-то – в общем, цель находится за пределами жизни. Значит, у меня есть некая цель, она находится за пределами моей жизни. Но здесь мое суеверие – не рассказывать никому. Но я точно знаю, какая моя цель и она за пределами моей жизни.

Лихачева: По-моему, вы слукавили. Вы обещали дать ответ и все-таки его не дали.

Петров: Не правда. Вы спросили, знаю ли я. Я сказал, что да, знаю точно. А насчет «обещал» – нет.

Лихачева: Ну, хорошо, ладно, обманули. Эта цель связана с какими-то вашими религиозными воззрениями или что, не знаю, вы хотите прославиться или вы хотите дело детям передать? Где-то в этой области лежит?

Петров: Она связана с моей семьей.

Лихачева: Ну, это вполне уже можно догадаться. У вас же два сына, да?

Петров: Да.

Лихачева: Хорошо. А чего вы хотели, когда вы собирались стать учителем математики?

Петров: Ничего.

Лихачева: Что значит «ничего»? Пошли, потому что больше никуда не взяли, что ли?

Петров: Нет. Слушайте, 10-й класс – особых мыслей в голове никаких нет, родители говорят: «Надо поступать, иначе пойдешь на завод». Я поступать вообще никуда не хотел.

Лихачева: А вы были такой какой-то маргинал, что ли?

Петров: Нет, я не был маргиналом. Просто почему-то не хотел. А еще, я помню, меня отвели на профориентацию на какой-то завод «Знамя революции», там все было чисто, красиво, замечательно.

Лихачева: И подумали: «А почему бы на завод не пойти?»

Петров: Да, почему бы не на завод? Тогда папа отвел меня на другой завод, отвел к концу рабочей смены, показал.

Лихачева: Что?

Петров: Слесарей, которые закончили работать. И чего-то мне день не понравился. Как их разбирали жены около проходной – не понравилось мне это все. А надо было быстро выбирать, куда поступать, потому что я затянул этот процесс очень сильно, и оставалось небольшое количество времени. И тогда я выбирал себе ВУЗ по двум критериям: мне нравилась математика, как таковая и мне не хотелось далеко ездить.

Лихачева: То есть, что было рядом с домом, туда и пошли, да?

Петров: Нет. Туда, куда была хорошая транспортная доступность. И вот мне было удобно ездить на Комсомольскую площадь.

Лихачева: И стали ездить туда.

Петров: Да.

Лихачева: А вы вообще были хорошим учителем?

Петров: Думаю, да. Мне нравилось быть учителем.

Лихачева: Помните, мы с вами до программы немного затронули эту тему? А что значит быть хорошим учителем и вообще, что самое главное, когда ты работаешь с детьми? Просто у меня самое первое образование – тоже педагогическое, но я ни разу не работала, потому что когда я попала на практику, я попала в этот коллектив педагогический, попробовала поработать практиканткой – и, в общем, сразу поставила на себе крест, на этой профессии, и решила, что я никогда не буду работать учителем. А вам удалось довольно долго проработать. Так вы что-то поняли про эту профессию?

Петров: Учитель воспитывает, на самом деле, этих самых детей. И какая разница, чему именно я их учу? Я несу свое мировоззрение – это самое главное. А каждый человек считает, что его мировоззрение правильное. Вы считаете, что ваше мировоззрение правильное, я считаю, что мое. И дальше передо мной сидят 20 или 30 маленьких людей. И я просто им рассказываю, как надо жить. Я им помогаю взрослеть, я им помогаю расти. Если при этом я их учу еще и математике и пытаюсь развить их какой-то логический аппарат – ну, хорошо.

Лихачева: Но это уже как дополнение, да?

Петров: Ну, в общем, в первую очередь я разговариваю с этими людьми о том, что они люди. Вот это принципиально. И одна из больших проблем советской школы в том, что ученик – это не человек. И в этом месте я был сильно не согласен с окружающей меня действительностью. И одна из причин, почему я ушел в сторону программирования, преподавания информатики – там не было методистов, которые уже все заранее знали. Я сам был методистом, надо сказать, в Тимирязевском РОНО.

Лихачева: А вы бы могли вот сейчас взять и вернуться опять в школу?

Петров: Значит, если мы оставим в покое разного рода материальные составляющие…

Лихачева: Да, да, да. Вот так, просто ради удовольствия, просто преподавательская работа для души.

Петров: Наверное, да. Но я вот вчера слушал передачу на другой радиостанции про образование и мне там сказали, что на сегодняшний день деятельность учителя стала очень-очень регламентированной. Если мне будут рассказывать, как именно мне учить детей, то я бы не хотел. А вообще – с удовольствием, наверное.

Лихачева: А от чего вы получали самую главную отдачу, что называется, такой настоящий драйв, кайф от работы учителем?

Петров: Слушайте, ну у них же непрерывные успехи. Они еще маленькие, они так быстро развиваются, что это все видно просто – это видно через неделю, через месяц, через год. И я радуюсь их успехам.

Лихачева: Результаты вашего труда сразу налицо, да?

Петров: Дело не в том, что я смотрю на это, как на результат моего труда. Я вижу, как эти люди растут, становятся взрослее, умнее, сильнее, эффективнее – я не знаю, какие еще слова. Я им помогаю в этом месте.

Лихачева: Скажите, а есть какие-нибудь общие черты между вашей работой учителем тогда и вашей работой руководителем большой компании сейчас?

Петров: Да.

Лихачева: Какие?

Петров: Ну, тут две составляющих.

Лихачева: Все вы делите на две составляющие.

Петров: Да, конечно. Дихотомия.

Лихачева: Главное, чтобы не раздвоение личности.

Петров: Значит, смотрите: когда в средней школе учитель принимает детей из начальной школы – то хорошо, если ему попались хорошие учителя начальной школы, все классно. А иногда не очень. И тогда надо за ними что-то доделывать, переделывать, а некоторые недоработки приходится тащить до самого конца. Вот точно так же с сотрудниками: они приходят и видно, где кого недоучили, недовоспитывали – не знаю, кто. Я им не мама и не папа, но, в общем, приходится их как-то подкручивать, разворачивать, объяснять, как сдают, как ходят. Либо мириться с этим и жить дальше, вот в этом смысле. И второе: очень часто они бывают как дети просто. Ну, вот он что-то не сделал, и он ужом уходит, как ученик во время ответа у доски, когда он не знает, как это решить. Вот, совершенно одно и то же: что пятиклассник, что этот взрослый человек, там, 30 лет.

Лихачева: «Чего опоздал?»

Петров: Примерно так, да. «Почему опоздал?» Ответ как в школе.

Лихачева: Ответы примерно такие же, да?

Петров: Абсолютно, да. То есть, люди не взрослеют. Им позволили в школе некоторую халяву, если угодно. Они пытаются и дальше жить с этой халявой, а школа кончилась.

Лихачева: А что вам мешает из вашего учительского опыта? Какие-либо наработки, которые наверняка как-то остались, осели в вашем характере из-за того, что у вас был довольно продолжительный опыт учителя. Они вам мешают сейчас в бизнесе? Есть что-нибудь такое?

Петров: Мешало.

Лихачева: Что именно мешало?

Петров: Понимаете, учитель – он царь и Бог.

Лихачева: Точно. Особенно в советской школе.

Петров: Он царь и Бог. Он встал в классе, перед ним 20 или 30 детей, и он с ними делает, что хочет, на самом деле.

Лихачева: Правда? На самом деле? То есть, даже если сильный ребятенок – нет никаких способов противостоять? Честно скажите.

Петров: Ну, вообще говоря, если учитель что-то захочет – он сделает все, что угодно. Он же один, 45 минут никого рядом нет. И это ощущение всесилия – его надо было в себе открутить.

Лихачева: А вы сами как-то это открутили или жизнь помогла?

Петров: Ну, все вместе, конечно.

Лихачева: Расскажите мне, пожалуйста, про два самых серьезных провала – если они были – в вашей учительской деятельности и в вашей бизнес-деятельности.

Петров: В учительской деятельности провал?..

Лихачева: Неудача, не знаю, сформулируйте, как хотите. Ошибка, может быть.

Петров: Знаете, у меня был некоторый ученик – он был пятиклассник, хамил страшно, непрерывно. Я его достаточно грубо выставил из класса. Только потом разобрался, что он, вообще говоря, несчастный ребенок: у него старший брат пьет, папа, в общем… Просто у человека эта агрессия была от плохой жизни. Мне пришлось потратить достаточно много сил, чтобы вернуть и его отношения, и его уважение, потому что я просто встал в окружающем его агрессивном мире туда, в сторону агрессии.

Лихачева: Туда же, где пьющий, да?

Петров: В общем, туда, где все остальные, которые против него.

Лихачева: А в вашей бизнес жизни были какие-то серозные ошибки?

Петров: Да. Однажды меня развел некий бельгиец из конкурирующей компании, который пришел и, ласково глядя в глаза, попросил: «Ну, расскажите, кому вы продаете – ну, правда…». Давно это бело, десять лет назад, и я поплыл, расслабился и рассказал. Я был сильно удивлен, когда уже через месяц я обнаружил конкурентов в полный рост.

Лихачева: Кстати, такие истории надо слушать, потому что у нас до сих пор бытует мнение, что иностранцы, они так блюдут свою честь и достоинство в бизнесе, и так всегда соблюдают правила ведения бизнеса, в отличие от наших, российских бизнесменов, что, в общем-то, можно и доверять – ан нет.

Петров: Ни в коем случае, волки те же самые.

Лихачева: Хорошо, что не сказали «позорные». Михаил Петров сегодня у нас в программе, директор и сооснователь компании «ДЕЛАЙТ 2000», учитель, который стал бизнесменом. Между прочим, успешным бизнесменом, его компания, сейчас занимает одно из лидирующих положений в своем сегменте. Давайте прервемся на одну минутку, я еще раз напомню – можно задать любой вопрос нашему сегодняшнему гостю. Можно прислать SMS на номер 5533, вопросы должны начинаться на русскую букву «Я» и я обязательно задам этот вопрос в конце программы. Так же, можно воспользоваться нашим сайтом www.finam.fm.

Лихачева: И снова доброе утро, у нас сегодня в гостях Михаил Петров, который пятнадцать лет назад сделал компанию, которая сейчас называется «ДЕЛАЙТ 2000». Учитель, который стал бизнесменом. Вы не могли бы рассказать про этот ваш переходный период, когда вы из учителя стали бизнесменом и потом совладельцем вашей компании. Это был какой-то долгий процесс или вы в одну ночь просто взяли и передумали быть учителем, и стали бизнесменом?

Петров: Давайте попробую в телеграфном стиле.

Лихачева: Давайте.

Петров: Итак. Это было самое начало внедрения такого предмета, как информатика. Поэтому, уже сразу у меня в школе появились компьютеры. Затем я перешел в математическую школу, где тогда уже открыли класс программирования, и некоторым образом, я оказался в 209-й школе, где было много классов программирования, много компьютеров и нас там собралось некоторое количество энтузиастов, если угодно, такого дела. Мы учили детей программированию и некоторых из них, мы научили настолько хорошо, что потом они стали с нами в одной компании программистами. Как ни странно, мы разрабатывали программу посещений, для того чтобы использовать в школах – здесь же в школе работаем, здесь же в школе используем.

Лихачева: Логично.

Петров: Разработчики там были – Василий Урнов, Павел Чистопольский, Дмитрий Климов, и я Михаил Петров. Наша программа завоевала приз на ВДНХ, и когда спросили на кого выписывать, а выписывать можно было на одного человека, мы сказали, что надо выписать на Клима Петровича Урнопольского.

Лихачева: Это придуманный персонаж или реальный?

Петров: Я же говорю – Климов, Петров, Урнов, Чистопольский, соответственно, собрали такую фамилию.

Лихачева: Поняла.

Петров: Далее была создана компания «Аист», которая разрабатывала продукт под названием «TeachCad», и такой продукт, который назывался «Медиамания» Я думаю, что мы в то время придумали такую вещь, как флэш-технология.

Лихачева: Что значит, вы думаете? Вы придумали или не придумали?

Петров: Ну, у меня нет подтверждений, что кто-то придумал раньше. Мы пытались это дело продать, мы даже ездили в компанию «Macromedia» для того, чтобы продаться. Нас внимательно выслушали, через некоторые время мы с большим интересом узнали, что «Macromedia» выпустила флэш-технологию на рынок.

Лихачева: Это еще один прокольчик, плюс к тому бельгийцу, о котором вы рассказывали.

Петров: Да. Еще мы пытались продаться в «Microsoft», но в «Microsoft» нам сказали, что мультимедиа-решения их вообще не интересуют, в принципе. Хотя мы тогда уже использовали многие вещи, которые сейчас есть в продуктах «Microsoft». Тогда же мы познакомились с американской компанией «Proxima», которая производила самые-самые начальные презентационные устройства. Первое такое устройство мы показали в Москве, в Комитете образования, Кезиной. Начали это дело продавать, потому как зарабатывать на программировании особо так не удавалось. Потом мы поехали в Америку на выставку «Comdex», где сняли большой стенд прямо напротив входа, и там нашли инвестора из Германии, который купил всю компанию вместе с жесткими дисками, программистами, их детьми… Все они уехали под Мюнхен жить.

Лихачева: Отлично.

Петров: А мы, здесь остались с презентационным оборудованием и открыли компанию «ДЕЛАЙТ 2000».

Лихачева: То есть, можно сказать, почти случайно.

Петров: Как-то оно само к этому и шло.

Лихачева: Как-то само выровнялось.

Петров: Время такое было. Оно тогда само все выруливало. Нам открыли возможности, рынок был абсолютно пустой, возможности были все открыты. Ну, вот ты пошел куда-то, а там рынок.

Лихачева: Палку воткни, она зацветет. Вообще, есть другое мнение на этот счет. Некоторые говорят, что, во-первых, не так все просто было. А во-вторых, некоторые говорят, что и сейчас очень удачное время, чтобы стартовать новую компанию и по-прежнему, рынки, по крайней мере, у нас в России, по-прежнему открыты. Есть ниши, есть сегменты, только давайте делайте, шевелитесь, и не надо вот этого, что в 90-х все было хорошо и можно было делать все что угодно и где угодно, а теперь мол, гораздо сложнее. А вы как думаете?

Петров: Нет, подождите. Я не говорю, что все было просто, потому что людей, которые пытались открыть бизнес, было много, но выжили далеко не все. Поэтому, я говорю, что это было время, действительно «Воткни палку…», но ее нужно было взять, воткнуть, поливать, иногда хотя бы. Не было так просто тогда – много разных проблем. Что касается сегодняшнего момента, я думаю, что основная разница заключается в количестве денег необходимых для старта. Если раньше можно было стартовать, грубо говоря, на сто долларов, то сейчас уже нужны совсем другие деньги для старта. И вторая вещь, вопрос – что стартуем? Стартовать маленький бизнес типа собственной парикмахерской у подъезда – нет проблем, но многим он просто не интересен. А большой – дорого.

Лихачева: А если бы вы, сейчас стартовали большой бизнес. Предположим, а, может быть, и не предположим, что у вас есть первоначальный капитал, вы бы стартовали сейчас что? На ваш взгляд, что сейчас востребовано? Где свободная ниша?

Петров: У нас, крайне малоразвит рынок услуг. Количество качественных сервисов, которые потребляет наше население, очень невелико. Здесь такое пространство для развития…

Лихачева: Ну, например, назовите – какой именно сервис вы бы начали продавать?

Петров: С ходу не готов сказать, но когда грянул кризис 1998 года, мы с Анной Зуевой, придумали то, что потом стало называться «Муж на час». Знаете такой сервис? Вот, мы в 1998 году придумали, но не стали запускать, потому что выжили. Но мы думали, что мы будем делать. Есть куча сервисов, которые можно придумать, предугадать и построить.

Лихачева: Вот тут есть хороший вопрос: «Брали ли вы когда-нибудь на работу ваших бывших учеников?» То есть, вы как учитель – вы же кого-то научили программированию или математике, а были ли из них те, которые потом пришли к вам на работы как бизнесмены?

Петров: Вот те, которых мы учили программированию, они у нас и работали. А когда появилась компания «ДЕЛАЙТ 2000»… Понимаете, мои ученики были программистами, а в «ДЕЛАЙТ 2000» программисты не нужны.

Лихачева: Понятно. Спасибо. Еще вопрос: «Михаил, расскажите, пожалуйста, какие отношения у вас складываются с вашим партнером по бизнесу?» Анна Зуева, да? Это тот человек, с которым вы вместе с самого начала.

Петров: Да. Мы за пятнадцать лет научились думать одинаково. Количество криков и споров за это время не поддается исчислению, но в результате мы в одной упряжке, мы это тащим.

Лихачева: Я никогда не поверю, что мужчина и женщина могут научиться думать одинаково.

Петров: Гендерное различие, безусловно, есть. Но бизнес-мышление очень похожее. Цели, понимаете, мы идем к одной и той же цели, просто разными путями.

Лихачева: Вы могли бы обозначить, чем отличается ваш путь от ее пути?

Петров: Мне, сначала надо все аккуратно записать, построить и увидеть, как это все будет происходить. А ей сначала надо собрать кучу информации, мнений о том, что сейчас происходит. Просто это разные точки, а цель одна.

Лихачева: А как вы думаете, что может делать в бизнесе только мужчина? Вот у женщины, это слабое звено… Ну, хорошо, по другому сформулирую. Не то, чтобы это может делать только мужчина, но лучше, чтобы это делал мужчина. Такое есть что-нибудь?

Петров: Совершенно не обязательно.

Лихачева: И точно так же и с женщиной – нет ничего такого, что лучше делала бы женщина в бизнесе.

Петров: Женщины, в любом случае, лучше слушают, лучше заботятся, лучше думают о людях. А мужчины, в общем, и в целом, видят возможные опасности, подводные камни, направление развития… Вот в этом месте мы друг друга дополняем.

Лихачева: Есть еще хороший вопрос: «Посоветуйте, пожалуйста, как бывший школьный учитель – куда отдавать детей учиться?» Ваши дети сейчас в школьном возрасте, правильно?

Петров: Нет, мои дети уже работают во всю.

Лихачева: Тем не менее, вы могли бы что-то посоветовать людям?

Петров: Нет, я бы не стал давать советов, связанных с преподавательской деятельностью, поскольку я очень долгое время этим не занимался. Не надо меня воспринимать как человека, способного что-то говорить по преподавание.

Лихачева: А сколько вашим детям сейчас лет? У вас два сына, да?

Петров: Да, 1984-го и 1987 года рождения.

Лихачева: А как зовут?

Петров: Георгий и Сергей.

Лихачева: Они работают где?

Петров: Один из них работает в электроэнергетике, другой в компьютерном бизнесе.

Лихачева: С вами это никак не связанно. То есть, они не работают в вашей компании.

Петров: Нет.

Лихачева: Наверняка, хорошие и умные парни. Хорошо, тогда дайте совет. Как будучи бизнесменом, а, в общем-то, у бизнесмена всегда мало времени для того, чтобы непосредственно заниматься собственными детьми, но, тем не менее – как воспитать нормальных (кстати, это вы употребили этот термин «нормальных», значит, вы знаете, что такое нормальные парни), как воспитать нормальных парней? При том, что минимум времени, это очень важное, такое уточнение.

Петров: Во-первых, времени должно быть не минимум. А во-вторых, все делается личным примером. У меня папа работал в энергетике, я видел, как он работал, во сколько он уходил и во сколько приходил, как он отвечал за свою работу. Я понимал, вот у меня фраза такая: «Работать надо», точка. Работать надо.

Лихачева: Еще один хороший вопрос: «А ваша жена не ревнует вас к Анне?». Интересный вопрос.

Петров: Вслух не говорила.

Лихачева: Спасибо вам большое, вы приходите к нам как-нибудь еще.

Петров: Спасибо.

Лихачева: Жалко, что время программы закончилось. Мне понравился ваш девиз, он, конечно, звучит где-то даже довольно банально, «Работать надо», но, похоже, это…

Петров: На сто процентов.

Лихачева: …На сто процентов правильная рекомендация. Михаил Петров у нас сегодня был в программе, генеральный директор, сооснователь компании «ДЕЛАЙТ 2000». Искренне надеюсь, что вы как-нибудь придете к нам в другие программы на «Финам FM». Это была программа «Они сделали это!», благодарю Анну Кореневу, продюсера этой программы. С вами была Елена Лихачева, я с вами прощаюсь до завтра, счастливо


Возврат к списку

Ваша корзина: 0 товаров
Перейти в корзину
Новости

Специализировынные ортопедические рабочие кресла BIOSWING доступны к заказу в "Делайт 2000"

Эргономичные ортопедические кресла для работы в режиме 5/8 и для круглосуточной работы в режиме 24/7

Компания Делайт2000 представляет интерактивные ЖК-панели серии CTOUCH 2Share

Интерактивный дисплеи с распознаванием до 32 точек касания, встроенной технологией BYOD и расширенным функционалом доступны к заказу в компании "Делайт 2000"
Новости
17.10.2017

Специализировынные ортопедические рабочие кресла BIOSWING доступны к заказу в "Делайт 2000"

11.10.2017

Компания Делайт2000 представляет интерактивные ЖК-панели серии CTOUCH 2Share

27.09.2017

«Делайт 2000» представляет ЖК-дисплеи NEC серии E